(The Theosophist, июнь 1889)

Принято говорить о «чистой», теоретической математике, и математике прикладной. Первая принадлежит к области собственно идеального, но не фантастического, ибо нет ничего менее фантастического, чем математика, а метафизического, которое является действительно реальным. Вторая же представляет собой весьма несовершенное выражение первой в сфере материального и грубо утилитарно используется для целей сугубо мирских. И здесь возникает вопрос, требующий самого серьезного внимания со стороны членов нашего Общества: не существует ли нечто, относящееся к «чистой теософии» так же, как прикладная математика относится к теоретической? И если выражение «прикладная теософия» передает какой-то реальный смысл, то каков он? Могут ли члены Теософического Общества применять свои знания к нашему земному существованию? Возможно ли материальное воплощение, хотя бы и несовершенное, той огромной массы высших устремлений и человеколюбивых чувств, которая скопилась в теософических сочинениях и в душах теософов и которая сегодня, не находя себе выхода, кажется, грозит нам переизбытком духовности? Читать далее »